Компания DEA Norge, подконтрольная российскому бизнесмену Михаилу Фридману, получила 2 лицензии на право разработки участков на норвежском шельфе Баренцева моря по итогам 24-го лицензионного раунда, проведенного норвежским правительством. Об этом говорится в сообщении, распространенном сегодня министерством нефти и энергетики Норвегии.
По итогам раунда доли в лицензиях были в общей сложности предложены 11 компаниям. В их списке нет норвежской «дочки» «Роснефти» RN Nordic Oil, ранее подававшей заявку на участие в раунде. Всего было распределено 12 лицензий (3 в Норвежском море и 9 в Баренцевом), в которые входят 47 блоков из 102, включенных в раунд. Больше всего лицензий — 7 — получил норвежский госконцерн Equinor (бывший Statoil).
DEA Norge получила 15% в лицензии PL964, которая включает 10 блоков в северной части Баренцева моря — к юго-востоку от острова Медвежий, являющегося частью арктического архипелага Шпицберген. Партнерами компании выступают британо-норвежская Aker BP с 40%, немецкая Wintershall с 20% и норвежская госкомпания Petoro с 25%. Wintershall и DEA Михаила Фридмана сейчас находится в процессе слияния.
DEA Norge с 20% участвует также в лицензии PL960, включающей 2 блока у северо-западного побережья Норвегии. 40-процентная доля в лицензии принадлежит ее оператору — Equinor. Еще по 20% получили шведская Lundin и Petoro.
Квадрат раздора
Ряд блоков, входящих в лицензию PL964, а также лицензии PL963 и PL966, расположены к северу от 74-й параллели и находятся в пределах так называемого шпицбергенского квадрата. Эта зона, ограниченная 10 и 35 градусами восточной долготы, а также 74 и 81 градусами северной широты, была обозначена в договоре о Шпицбергене 1920 года и обладает особым правовым и экономическим положением. Статус шельфа архипелага на международном уровне спорен, поскольку Норвегия считает его естественным продолжением своего континентального шельфа, а многие другие государства, являющиеся членами договора о Шпицбергене, в том числе Россия, не признают этого.
Налоговый статус месторождений, которые могут быть в будущем открыты в пределах «квадрата», коренным образом меняется в зависимости о того, как регулировать коммерческую деятельность на шпицбергенском шельфе — по норвежским законам или в соответствии с положениями договора. Россия уже неоднократно подавала ноты в МИД Норвегии, протестуя против включения спорных участков шельфа в лицензионные раунды. С устным осуждением данной практики выступали также Великобритания и Франция, являющиеся участницами договора о Шпицбергене.
Сохраняющийся интерес
По итогам 23-го раунда, завершившегося в мае 2016 года, 10 лицензий (все в Баренцевом море) были предложены 13 компаниям, в том числе DEA Norge и Lukoil Overseas North Shelf. В 23-м раунде участвовали 26 компаний, однако заявки на участие в 24-м подали всего 11. Тем не менее, по словам министра нефти и энергетики Норвегии Терьё Сёвикнеса, итоги нового раунда подтверждают, что «нефтяные компании видят возможности для продолжения приносящей прибыль деятельности в нефтегазовой сфере на севере».
«Нефтяная отрасль — крупнейшая и наиболее важная из отраслей норвежской промышленности. Продолжая проводить предсказуемую и стабильную долгосрочную политику в этой отрасли, правительство закладывает фундамент для ее дальнейшего развития, — говорится в заявлении министра, текст которого приводится на сайте его ведомства. — Это имеет жизненно важное значение для рынка труда Норвегии, ее конкурентоспособности и системы социального обеспечения».
